Система национальной безопасности любого государства базируется на концептуальных политических, нормативных правовых документах и принципах, которые легли в основу формирования и принятия концепций и стратегий национальной безопасности государств. Попыткой создания зоны экономической безопасности и развития стран СНГ стал Евразийский экономический союз, который является логическим завершением интеграции государств - членов Таможенного Союза. В эту интеграционную группировку входят такие страны как: Армения (со 2 января 2015 г.), Белоруссия (с 1 января 2015 г.), Казахстан (с 1января 2015 г.), Киргизия (с 12 января 2015 г.), Россия (с 1 января 2015 г.). Наблюдателями являются Вьетнам, КНР, Куба. На стадии переговоров находятся Египет, Таиланд, Монголия, Сербия, Индия, Сингапур. У российского руководства большие планы по расширению евро-азиатской экономической интеграции. В отличие от ЕС Евразийский союз не готов идти по пути частичного ограничения некоторых принципов национального суверенитета. Создание ЕАЭС проходило в ситуации достаточно сложных отношений России и западных стран. Украинские события 2013-2014 гг. и международная реакция на них заставляли Россию на переговорах с Белоруссией и Казахстаном быть максимально осторожной. В связи с этим, из договора были исключены вопросы общего гражданства, внешней и военно-технической политики, общей охраны границ, идеи общего парламента, паспортно-визовой сферы, экспортного контроля. По словам А.А. Айтикеевой, все-таки «понимание Минском и Астаной того факта, что именно Россия является гарантом их безопасности на внешнем контуре заставляет их достаточно конструктивно участвовать во всех российских интеграционных проектах» [1, c. 105] . По словам А.С. Хапилина, перед ЕАЭС стоит ряд проблем, которые могут повлиять на существование данной интеграции и существенно ослабить региональную безопасность. В-четвертых, очень часто интеграционные взаимодействия сводятся к двустороннему сотрудничеству. А это очень сильно сужает потенциал многостороннего сотрудничества в рамках ЕАЭС. Российское руководство не имеет долгосрочного проекта общерегиональной стратегии сотрудничества со странами с Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном, Узбекистаном, Туркменистаном [5, c. 23-24]. Во многом это происходит не по вине российской стороны. В-пятых, По мнению Оборина М.А. и Осинина Д.Д., продолжают оставаться не снятыми с повестки дня этнополитические конфликты в некоторых странах-участницах ЕАЭС. Так, по словам А.А. Айтикеевой и У.Д. Джаныбекова в республике Казахстан, как и в Белоруссии, в долгосрочной перспективе сохраняются фундаментальные этнополитические риски [1, c. 106]. К внутренним угрозам экономической безопасности ЕАЭС, по словам М.В. Ганеева, необходимо также отнести следующие: дифференциацию экономического развития стран-членов и приоритет двухстороннего развития; в июле 2016 года подписали соглашение о взаимном признании электронных банковских карт); отсутствие системы интеграционных экономических интересов, расхождение интересов стран-членов интеграции [2, c. 169-170]. Подтверждением вышесказанного является тот факт, что с началом введения против России экономических санкций, резко обострилась проблема контрабандного груза из Белоруссии. [2, c. 169-170]. По словам С.С. Жильцова, одна из важнейших угроз безопасности ЕАЭС кроется в отношении стран участниц с Китаем. Таким образом, внутренние угрозы экономической безопасности Евразийского экономического союза существуют и требуют незамедлительного решения.