Лукин В.Н. Добровольная пожарная охрана: зарождение традиций. Монография / Серия «Добровольная пожарная охрана: вековые традиции». Вып. 1. – СПб: Санкт-Петербургский университет ГПС МЧС России, 2021. – 208 с. с ил. К 115-летию Санкт-Петербургского университета Государственной противопожарной службы МЧС России (далее – Университет) в стенах старейшего учебного заведения пожарно-технического профиля не только в России, но и в мире, реализуется ряд проектов, посвященных этой знаменательной дате. Группа ученых Университета приступила к подготовке и изданию монографий в серии «Добровольная пожарная охрана: вековые традиции». Серия с таким названием более чем уместна, потому что именно Императорское Российское пожарное общество (далее – ИРПО), объединение добровольных пожарных обществ Российской Империи выступило в начале XX века с идеей создания специального учебного заведения для подготовки профессиональных пожарных. Инициатором, главным двигателем в реализации идеи на практике стал Федор Эдуардович фон Ландэзен, гласный Петербургской городской Думы и будущий первый начальник учебного заведения под названием Курсы пожарных техников.Монография открывает серию публикаций, посвященных добровольной пожарной охране. Используя исторический метод, В.Н. Лукин начинает исследование с языческих времен, когда славянские племена, как и все другие, жившие тогда поклонялись Солнцу и огню. Уместным выглядит повествование о славанских языческих богах, обращаясь к которым, люди искали защиты от огненной стихии.В монографии наше внимание акцентируется на том, что с древних времен в нашем Отечестве основную тяжесть борьбы с огненной стихией выносит население в добровольном или в отдельные периоды истории пожарного дела добровольно-обязательном порядке. На протяжении всей истории нашего государства у людей всегда было понимание необходимости участия в борьбе с пожарами. Особенно это характерно для периода, рассматриваемого в этом выпуске. Община всегда играла важную роль в жизни русского человека, включая и обеспечение пожарной безопасности. Обозначив основные причины пожаров, автор замечает, что главной задачей в большинстве случаев возгорания становилось не допустить распространение огня на соседей. В совместной борьбе как при попытке ликвидировать очаг возгорания в первые секунды, так и в ходе оказания помощи соседям, формировались навыки противостояния пожарам, и люди выступали в качестве добровольных общественных пожарных.В монографии поднимается важная исследовательская проблема, вызванная скудностью исторических источников до монгольского периода и времени монгольского владычества. На это сетовали в свое время В.Н. Татищев, М.В. Ломоносов, Н.М. Карамзин и все последующие поколения историков. Отсутствие важных свидетельств древности породили даже различные версии возникновения русского этноса и процесса формирования древнерусского государства.Автор является явным сторонников антинорманнской теории оформления русской государственности. С этим можно соглашаться или не соглашаться, но исследователь имеет право на собственный подход к историческому прошлому. Тем более, что автор предпринимает попытку на основе анализа результатов исследование проблемы другими учеными обосновать свою позицию. Существенным элементом исследования является опора на летописные источники, размещенные в основном в отделе рукописей Российской национальной библиотеки. Это и древнейшая сохранившаяся точно датированная русская летопись «Остромирово Евангелие (Апракос краткий)», и «Изборник» – первая точно датированная 1076 годом русская литературная книга, «Лаврентьевская летопись» – древнейшая дошедшая до наших дней точно датированная 1377 годом русская летопись, и «Лаврентьевская летопись». Значение последней так велико не только для отечественной, но и мировой истории, что «Лаврентьевская летопись» решением Комитета ЮНЕСКО в июне 2013 года была занесена в Реестр ЮНЕСКО «Память мира».В монографии упоминается и самая старшая из дошедших до нас точно датированных иллюстрированных русских рукописных книг – «Киевская Псалтирь». Она содержит более 300 миниатюр – иллюстраций. Особенностью рукописи является то, что до нее все дошедшие до нашего времени древнерусские рукописи имели только «лицевые» изображения или авторов текста, или членов княжеской семьи, святых, покровителей заказчиков рукописейВ монографии используются в качестве научной основы результаты научных изысканий наших выдающихся ученых В.Н. Татищева, М.В. Ломоносова, Н.М. Карамзина, Н.И. Костомарова, В.О. Ключевского, С.М. Соловьева; историков пожарного дела М.И. Богдановича, B.C. Рудницкого, наших современников Н.Н. Щаблова, В.Н. Виноградова, А.П. Мининой, Т.В. Мусиенко и других. Вызывает интерес сюжет о процессе зарождения и становлении Российской академии наук, противостоянии русских ученых и ее иностранного руководства. Автор ставит под сомнение достоверность сведений об учености тех, кто десятилетиями руководил отечественной наукой. Странные ощущения вызывают решения царствующих особ при выборе руководителей наподобие 18-летнего К. Разумовского.Все это не могло не влиять отрицательно на формирование отечественного научного знания, образования на научной основе, к тому же сопровождаемое притеснениями русских ученых В.Н. Татищева, М.В. Ломоносова, А.К. Нартова и других.Следует отдать должное великим русским князьям, которые в меру имеющихся возможностей пытались организовать противостояние огненной стихии по трем основным направлениям: предупредительном, организационном и оборонительном.В монографии раскрывают содержание такой деятельности.Пытаясь оградить население и материальные ценности от огня, руководители разного уровня уделяли внимание формированию правового поля в пожарном деле. В ряду основных нормативно-правовых актов автор анализирует «Судный Закон людем» IX века, «Русскую Правду» XII века в части, касающейся ответственности за пожарные преступления. В.Н. Лукин, используя метод сравнительного анализа иностранных юридических источников по этим же вопросам, делает обоснованный вывод о более мягком характере наказаний на Руси.У городского жителя несомненно вызовет интерес сюжет о периоде деревянного зодчества в отечественной истории и отношение всего населения Руси и Московского государства к жизни в деревянных строениях, как более полезных для здоровья, чем в каменных. Люди это понимали сотни и сотни лет назад.Сравнительный анализ правотворческой и правоприменительной практики на Руси и в западных государствах, осуществленный автором, показывает, что славяне не только не отставали, но и по определенным позициям были значительно впереди. К таким решениям следует отнести, например, распоряжения Великого Князя Василия II, которые историками пожарного дела принято считать первыми нормативными актами в предупредительном, то есть профилактическом направлении. В 1434 году Великий Князь повелел не только осторожно обращаться с огнем, к чему призывали и до него, но и определил основные условия, при которых можно было пользоваться открытым огнем в быту и в ремеслах.«Судебники» разного времени – яркое свидетельство внимания к праву в нашем Отечестве.Это убедительно показано на примере работы над Уложением 1649 года, процесс работы над которым продемонстрировал такой уровень организации и демократизма, до которого и в настоящее время сложно подняться. Предупредительные меры привели к оживлению каменного строительства, возведению стен крепостей и заградительных сооружений из кирпича и камня.В монографии раскрыта роль и значение общины, вече в решении проблем жизнедеятельности в целом и пожарной безопасности в частности.Обоснованным выглядит утверждение автора о практически полном совпадении норм и правил пожарной безопасности, в европейских и русских источниках права. Это относится ко всем направлениям деятельности добровольной пожарной охраны: предупредительному, организационному и оборонительному.В монографии раскрывается на разных административных уровнях организационная деятельность на пожарном направлении в период становления и укрепления Московского государства. Историческое прошлое нашего Отечества и опыт всемирной истории в противостоянии пожарам позволяет осмыслить процесс создания добровольного пожарного движения в том виде, в котором оно существует в настоящее время. Смысл и содержание пожарного добровольчества не меняется веками. С усилением центральной власти добровольчество приобретает и черты обязательности с элементами принуждения. Но и этот процесс оформляется в юридически. В качестве примера и для понимания категорий добровольного пожарного движения автор использует положения Федерального закона «О добровольной пожарной охране» 2011 года, который раскрывает основные понятия добровольчества и определяет статус пожарного добровольца.Понятно, что подобного законодательного обеспечения не было ни в Московском государстве, ни в Российской Империи, но и в те времена уже существовали достаточно четкие обязанности населения в действиях по предупреждению, тушению и ликвидации последствий пожаров.Это, прежде всего, относится к исполнению обязанностей в пожарно-сторожевой «рогаточной», «решеточной» ночной, а затем и круглосуточной решеточной охране пожарной безопасности. Автор относит зарождение такой службы к инициативе снизу, к инициативе общины. С этим можно согласиться, исходя из понимания социально-административной структуры городских и сельских поселений, анализ которой представлен в исследовании.Следует заметить, что опыт пожарных дежурств, разделения на десятки, составляющие добровольные пожарные команды из горожан, проживающих компактно, был успешно использован в блокадном Ленинграде. Это во многом способствовало тому, что в отличие от западных городов, выгоравших целыми кварталами от бомбежек и обстрелов, в нашем городе очаги возгорания с помощью добровольцев оперативно локализовались.После учреждения профессиональной пожарной охраны в разные периоды отечественной истории государство основную заботу по борьбе с пожарами возлагало на население, особенно сельское. Особенно характерно это для пореформенных времен Императоров Александра I и Александра II, а также в советский период.В монографии раскрываются причины таких действий властей.Уместным является разъяснение автором категории «добровольность» в условиях административного вмешательства государства в добровольческое движение. Элемент государственного принуждения превращает добровольность в какой-то мере условной. Но в смысле массовости участия, понимания важности личного участия в пожаротушении, неотвратимости наказания в случае отказа от такого участия, отсутствие соответствующей профессиональной подготовки и оплаты опасного труда – эти черты добровольности сохраняются и остается участие населения в этом смысле исключительно в виде добровольной пожарной охраны. Поэтому вместо прилагательного «принудительная», имеющего конкретную коннотацию, автор предпочитает использовать прилагательное «обязательная» или предлагает понимать под добровольностью всеобщую пожарную повинность.Не забыта и роль военных в борьбе с пожарами. В Средневековье и Новом времени это была новация, которую перенимали другие государства. В монографии раскрыт процесс участия войск в пожаротушении от стрелецких полков XV века до военных поселений XIX века. Подробно представлена организация пожарного дела в соответствии с «Положением поселяемому батальону Елецкаго пехотнаго полка», составленным лично графом А.А. Аракчеевым.Автор сосредоточил наше внимание на узловых моментах в истории массового добровольного участия населения в условиях всеобщей пожарной повинности. В монографии раскрыты формы и методы пожаротушения того времени и причины низкой эффективности борьбы с пожарами, вызванных, прежде всего, отсутствием соответствующей профессиональной подготовки и низким уровнем материально-технического обеспечения. Достаточно вспомнить, что конно-бочечный пожарный обоз с «заливными трубами» использовался при тушении пожаров половину тысячелетия. Эволюция от «съезжей избы» до «пожарной станции», к «пожарной экспедиции» и затем к «пожарному депо» мало что меняла в системе подготовки населения к борьбе с пожарами и в развитии средств пожаротушения.На наш взгляд, в пожарном деле качественно новый этап наступил только с 1906 года, когда в России было создано учебное заведение, призванное поставить пожарное дело действительно на профессиональный уровень. Это сегодня – Санкт-Петербургский университет ГПС МЧС России. А без профессионалов и пожарное добровольчество оставалось бы на средневековом уровне.Монография В.Н. Лукина – очередной вклад в популяризацию исторических знаний, истории отечественного пожарного дела, истории добровольного пожарного движения. Изложенная хорошим литературным языком, легко читается. А результаты исследования будут интересны и полезны всем, интересующимся отечественной историей, историей пожарного дела и добровольной пожарной охраны, учителям, преподавателям, студентам.